Как возможна внутренняя свобода: три ответа Л.И. Божович. Второй ответ




Второй ответ на вопрос о возможности внутренней свободы дается в более позднем (1978—1979 гг.) цикле статей Л.И. Божович «Этапы формирования личности в онтогенезе» (1995 в). В этой работе Божович как будто бы теряет всякий интерес к проблематике, связанной с идеей направленности и (шире) структуры личности, определяемой иерархиями мотивов, и сосредоточивается на прослеживании этапов развития личности ребенка через фиксацию тех, принципиально важных с точки зрения именно этого процесса, новообразований, которые обнаруживаются в периоды открытых Л.С. Выготским возрастных кризисов — одного, трех, семи и тринадцати лет.


Центром, объединяющим эти новообразования, оказывается сознание (подчеркнем, не направленность) — в том значении, которое ему придавал в последние годы своей жизни Л.С. Выготский, включая в его структуру и аффективный компонент, на что Божович специально указывает (1995 в, с. 195), отмечая смену Выготским термина «системное строение сознания» на «смысловое и системное» строение сознания. Центром процесса развития личности становится движение так понимаемого сознания, «познания и осознания субъектом самого себя как некоторого единого целого, способного и стремящегося к активному самовыражению» (там же, с. 243).


Что же касается новообразований, выделяемых Божович в качестве центральных для каждого из кризисных периодов, то смею высказать предположение, что в контексте обсуждаемой работы они выступают скорее не как элементы некоторой структуры, а как феномены, знаки, свидетельствующие об обретении всей целостной, сложной функциональной системой (человеческой психикой) новой степени свободы.


Несмотря на то, что Л.И. Божович заявляет о намерении выявить механизмы формирования соответствующих новообразований, получается скорее лишь описание сопутствующих, хотя, несомненно, существенных линий развития (развитие познавательной активности, понятийного мышления и т.п.). А кое-где она и сама прямо пишет о невозможности на современном уровне знаний выявить эти механизмы. Но уже само выделение новообразований и описание проявлений на каждом этапе новой степени свободы, которая по существу и манифестируется в специфическом поведении ребенка в периоды возрастных кризисов, — интереснейшая страница в истории психологического изучения развития детской личности.


Уже первое новообразование периода кризиса одного года — «мотивирующее представление» знаменует собой новую степень свободы маленького человека. Для Божович важно, что в нем изначально обнаруживается «единство аффекта и интеллекта». Возникновение мотивирующих представлений дает ребенку возможность действовать не просто в ответ на внешние ситуационные стимулы (как это было на предшествующем этапе его жизни — в младенчестве), а на основе своего собственного, независимого от ситуации представления, образа предмета или события. В этот возрастной период, по Выготскому, ведущую роль в психическом развитии начинает играть функция памяти, сменяя важнейшую на предшествовавшем этапе функцию восприятия. Мотивирующее представление — это память о прошлом, но и бросок в будущее, потому что оно — не просто некоторое воспоминание, знание, а именно мотивирующее представление, «образ потребного будущего». Можно было бы сказать, что появление мотивирующих представлений меняет пространственные и временные параметры поведения ребенка, расширяя и перестраивая его хронотоп.


Процитируем в этой связи И.М. Фейгенберга: «Память организована так, что дает возможность на основе сведений о прошлом прогнозировать с некоторой вероятностью предстоящее и заранее готовиться к действиям, адекватным ожидаемому будущему. В этой направленности памяти в будущее (не в прошлое!), видимо, и заключается важнейшее биологическое значение функции памяти» (2004, с. 152). Но у Божович мотивирующие представления — это не просто полезные сведения о возможном будущем, а сама мотивирующая цель.


Удачный термин «мотивирующее представление» был найден не сразу, он еще отсутствует в монографии 1968 г. и появляется лишь спустя 10 лет в «Этапах.» (1995 в), хотя в монографии уже описан этот важный этап в развитии личности, когда появляется то, что Божович называла внутренним планом действия.


«Внешняя среда хотя и в почти не переработанном виде, но все же оказалась перенесенной во внутренний план, план сознания ребенка, и тем самым получила возможность иначе, изнутри определять его поведение. Это, несомненно, факт принципиального значения, так как он составляет поворотный пункт в развитии детских потребностей и в характере взаимоотношений ребенка с окружающей его действительностью. Сущность происшедшего здесь скачка заключается в том, что потребности ребенка стали кристаллизоваться не только в реальных внешних предметах, удовлетворяющих эти потребности, но и в образах, представлениях, а затем (в процессе дальнейшего развития мышления и речи) и в понятиях ребенка» (Божович, 1968, с. 233).


В период кризиса одного года с появлением мотивирующих представлений, по Божович, ребенок реально становится субъектом собственных действий. В период кризиса трех лет он, по ее мнению, впервые осознает себя субъектом этих действий, что проявляется в возникновении местоимения «я» и всем характерном для этого периода поведении, емко обозначаемом выражением «Я сам». Новообразованием кризиса трех лет оказывается, таким образом, система Я, или Я-система.


Л.И. Божович подчеркивает, что осознание себя субъектом собственных действий неразрывно связано с ярким эмоциональным переживанием. У нормального ребенка из нормальной семьи это переживание в высшей степени положительное (даже если он заяв ляет, что сам разбил любимую мамину вазу или сделал что-то еще, не одобряемое окружающими). Позже в работах других авторов было показано, что у ребенка-сироты, воспитывающегося в детском учреждении, осознание себя часто сопровождается не положительными, а отрицательными эмоциями, что является и знаком неблагополучия, и тормозом в развитии сознания, самосознания, личности (см., напр.: Авдеева, 1996; Авдеева, Хаймовская, 2003).


Собственные наблюдения за маленькими детьми, анализ дневниковых записей Н.А. Менчинской, В.С. Мухиной приводят Л.И. Божович к предположению: «...может быть, осознание себя как субъекта, будучи подготовленным всем ходом предшествующего психологического развития, действительно, завязывается в "систему я" путем открытия» (1995 в, с. 208). При этом аффективное выделение себя («аффективное самосознание») возникает даже раньше, чем рациональное. И самооценка, которая отчетливо проявляется у ребенка уже к концу 2-го года жизни, также первоначально носит не рациональный, а аффективный характер. «По-видимому, — пишет Л.И. Божович, — в первичной самооценке почти полностью отсутствует рациональный компонент, она возникает на почве желания ребенка получить одобрение взрослого и таким образом сохранить эмоциональное благополучие» (там же, с. 210). В подтверждение она приводит яркие примеры из тех же дневниковых записей.


Нельзя не отметить, что многочисленные наблюдения, которые представляются несомненно доказывающими то или иное положение, выдвигаемое Л.И. Божович, возможно, могли бы быть истолкованы и иначе или просто остаться забавными описаниями детского поведения. Их надо было увидеть в свете определенных идей. В своей статье Л.И. Божович, обсуждая те или иные экспериментально полученные данные, несколько раз делает сноски, в которых отмечает, что аналогичные факты были получены в других работах (выполненных, в частности, под руководством М.И. Лисиной), однако там они толкуются иначе.


Возникающая на границе раннего и дошкольного возраста возможность осознания того, что ты можешь что-то делать или чего- то не делать просто потому, что этого хочешь или не хочешь, часто специально наперекор тому, чего от тебя ждут, о чем просят, к чему даже принуждают, — грандиозный шаг на пути к свободе воли. Здесь по существу впервые у ребенка возникает так или иначе осознаваемая проблема выбора между «хочу» и «надо». Вот как об этом пишет Л.И. Божович: «Наличие одновременно существующих сильных, но противоположно направленных аффективных тенденций (делать согласно собственному желанию и соответствовать требованиям взрослых) создает у ребенка неизбежный внутренний конфликт и тем самым усложняет его внутреннюю психическую жизнь. Уже на этом этапе развития противоречие между "хочу" и "надо" ставит ребенка перед необходимостью выбора.» (там же).


Пожалуй, самым загадочным, оставляющим много вопросов, является новообразование, которое Л.И. Божович связывает с кризисом 7 лет. В этот период, по ее мнению, возникает так называемая «внутренняя позиция», первоначально формирующаяся как «внутренняя позиция школьника». Внутренняя позиция рассматривается Божович как некоторое структурное образование, которое возникает «в результате того, что внешние воздействия, преломляясь через структуру ранее сложившихся у ребенка психологических особенностей, как-то им обобщаются и складываются в особое центральное личностное новообразование, характеризующее личность ребенка в целом» (там же, с. 215).


Внутренняя позиция школьника проявляется у ребенка в стремлении занять новое положение в системе общественных отношений — положение школьника. Это оказывается возможным потому, что ребенок начинает осознавать себя не только как субъекта действия, но и как субъекта в системе человеческих отношений, у ребенка «появляется осознание своего социального Я» (там же).


Заметим, кстати, что и «первое рождение личности» (по А.Н. Леонтьеву), и возникновение этических инстанций (по Д.Б. Эльконину) фиксируются авторами примерно в это же время. И многие другие авторы так или иначе именно с периодом дошкольного детства ассоциируют «первоначальный, фактический, склад личности» (А.Н. Леонтьев).


Внутреннюю позицию школьника, когда она проявляется в специфическом «кризисном» поведении старшего дошкольника в форме выраженного стремления быстрее стать школьником, можно рассматривать как своеобразный выход за пределы актуальной ситуации и в пространстве «человеческих отношений», и во времени. Но, в отличие от более ранних этапов развития, здесь этот «выход за пределы» связан уже не с отдельными желаниями, а с целостным «Я» субъекта. «Здесь впервые, — пишет Л.И. Божович, — происходит осознаваемое самим ребенком расхождение между его объективным общественным положением и его внутренней позицией» (там же, с. 217).


В еще более явном виде отрыв во внутреннем плане от актуальной ситуации жизнедеятельности, стремление занять иную, более «взрослую» позицию происходит в период подросткового кризиса, что Л.И. Божович вслед за Л.С. Выготским связывает с развитием самосознания как способности направлять сознание на свои собственные психические процессы и возникновением жизненного плана. Ключевым личностным новообразованием подросткового периода Л.И. Божович называет «самоопределение», которое формируется во второй фазе подросткового возраста (16—17 лет) и связано с необходимостью так или иначе решать проблему своего будущего.


Л.И. Божович так завершает свой цикл статей «Этапы формирования личности в онтогенезе»: «Все схематически изложенные здесь этапы формирования личности ребенка свидетельствуют о том, что, чем выше уровень развития личности, тем более свободным (курсив мой. — Н.Т.) он становится и что формирование личности осуществляется не в условиях приспособления субъекта к требованиям окружающей среды, а в условиях его постоянной творческой активности, направленной на перестройку и окружающей его среды, и самого себя» (1995 в, с. 244).


ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 14. ПСИХОЛОГИЯ. 2007. № 1

Н. Н. Толстых



Также читайте:

 
Поиск по сайту

Популярные темы

Новые тесты

Это интересно
2010-2017 Psyhodic.ru
Все замечания, пожелания и предложения присылайте на admin@psyhodic.ru