Психоанализ З.Фрейда



Нередко психоанализ, основной объект исследования которого - сфера бессознательного, воспринимается непрофессионалами, запомнившими в основном

заголовки книг Фрейда «Толкование сновидений», «Тотем и табу», «Я и Оно» и др., как нечто мистическое и таинственное, а сам Зигмунд Фрейд - чуть ли не

как великий шаман и провидец. Нет ничего дальше от истины!

З.Фрейд постоянно подчеркивал, что является последовательным детерминистом, то есть утверждал, что любое самое непонятное психическое состояние и

поведение имеет в своей основе совершенно материальную причину, найти которую и есть главная задача психоаналитика. Именно нахождение этой вполне

материальной причины является, по мнению З.Фрейда, необходимым условием для начала кропотливой и длительной процедуры избавления клиента от

угнетающих его состояний, нерациональных моделей поведения и неврозов.

Главной заслугой Фрейда считается то, что он ввел в науку понятие бессознательного, причем не как мистическую и не поддающуюся изучению и контролю

категорию, а как сферу, изучаемую и управляемую не прямыми, а косвенными методами, целую систему которых он разработал и уточнял в течение успешной

многолетней практической деятельности.

Фрейд условно подразделяет психику человека на сознание, предсознание и бессознательное.

Именно в бессознательном он видит основные побудительные силы развития личности и ее проявления в психических состояниях и поведенческих реакциях,

здесь скрыты главные ресурсы психической энергии, инстинкты и потребности, продуцирующие (часто в скрытой форме) истинные мотивы поведения, в том

числе нерационального, невротического. При этом Фрейд выделяет (и это один из основных объектов критики со стороны оппонентов) два основных

инстинкта: либидо, включая сюда главным образом инстинкт продолжения жизни и стремление к сексуальному удовлетворению, и мортидо -стремления к

смерти, агрессии и разрушению (в том числе саморазрушению).

Фрейд выделяет в структуре личности: Ид (Оно), Эго (Я) и Супер-Эго (Сверх-Я).

Первая (нижняя) часть этой структуры - Ид - почти полностью бессознательная. Она состоит как из тех инстинктов и побуждений, которые никогда не

осознавались, так и из тех, которые в силу их неприемлемости для данной личности оказались вытесненными из сознания, причем настолько прочно, словно

их никогда в сознании и не было. При этом, как считает Фрейд, в Ид не входят морально-этические компоненты, несмотря на то, что вытеснение каких-то

моментов из сознания в Ид было вызвано именно их морально-этической неприемлемостью. Говоря словами Ницше, Ид находится «по ту сторону добра и

зла», не различая их.

Вторая (средняя) часть структуры личности - Эго - занимает промежуточное положение между полностью бессознательным и сверхсознательным, то есть, с

одной стороны, следует бессознательным инстинктам и побуждениям, а с другой стороны - подчиняет эти побуждения требованиям реальности.

Можно сказать, что Эго (Я) - центральная часть личности как биологического и одновременно социального существа, контролирует и направляет произвольное

поведение человека, примиряя биологические инстинкты и социальные требования.

Эго является как бы социально-биологическим регулятором личности, стремясь в социально допустимой мере удовлетворить свои биологические

потребности, а в случае невозможности сделать это - стараться ослабить их напряжение на рациональном, а иногда и на неосознанном уровне.

Третья (высшая) часть структуры личности - Супер-Эго (Сверх-Я) содержит морально-этические эталоны, позволяющие Эго (Я) оценивать свои поступки и

намерения с точки зрения, «что такое хорошо и что такое плохо», является идеалом строгого, но справедливого наставника, советчика, судьи.

Эго не всегда слушается этого наставника, но оно в этих случаях знает, что поступает плохо, неправильно, и в глубине души стыдится этого, даже если

пытается обмануть себя и других, оправдывая свои действия, слова и мысли. То есть неприемлемые с точки зрения Супер-Эго, но истинные мотивы

вытесняются в бессознательную или предсознательную сферу, но не исчезают полностью, а залегают там, как мины замедленного действия, всегда готовые

начать свою разрушительную работу.

Именно такое вытеснение или подавление неприемлемых для Супер-Эго, нежелательных с точки зрения Сверх-Я мотивов - один из краеугольных камней

теории и практики классического психоанализа - также стало важнейшим понятием. Выявление этих мотивов как истинных причин, вызывающих фрустрации и

неврозы, доведение их до сознания клиента и последующая работа по их устранению или коррекции является стрежневой линией не только психоанализа, но и

любого направления и метода современной классической психотерапии, в том числе тех из них, которые во многих вопросах (пансексуализма, доминирующей

роли раннего детства и др.) не согласны с Фрейдом.

Представители всех психотерапевтических направлений принимают аксиому психоанализа о том, что Я сопротивляется осознанию истинных, вытесненных из

сознания, мотивов, ставших настоящими причинами неврозов.

Наиболее типичные пути такого самообмана, самозащиты сознания от «неприятной правды» выделены именно в психоанализе З.Фрейда и

систематизированы его дочерью Анной Фрейд.

Агрессия

Считается, что наиболее частой поведенческой реакцией на фрустрацию является агрессия. В быту под агрессией мы подразумеваем нападение на кого-то,

разрушение внешних объектов. В психотерапии понятие «агрессия» рассматривается значительно шире. Так, некоторые авторы считают, что разрушительные

действия, направленные на самого себя (саморазрушение - от самоуничижения, самобичевания вплоть до самоубийства), тоже можно рассматривать как вид

агрессии - аутоагрессию.

Мы предлагаем следующую классификацию агрессивного поведения как реакции на фрустрацию:

-по направленности: вовне (на других людей и внешние объекты) и внутрь (на себя, на то, что я считаю своим, частью себя: семью, свое дело и т.п.);

-по эффективности: конструктивная (на достижение объективно значимой цели) и деструктивная (на бессмысленное разрушение).

Многие авторы (особенно отечественные и европейские) считают, что агрессия, за редким исключением, не бывает конструктивной в смысле решения

проблемы, чаще она усугубляет ситуацию. Единственной целью положительного проявления агрессии они считают возможность использования ее для

снижения внутреннего напряжения. Так, на некоторых японских предприятиях рабочий может поколотить палкой пластмассовую копию начальника и тем

самым смягчить свою фрустрацию. Хотя, по нашему мнению, в данной ситуации эффект достигается главным образом за счет высокой физической нагрузки,

которая способствует выделению эндорфинов-антидепрессантов.

Великий поэт лорд Д.Г.Байрон разрешал свои приступы аффективности боксом и плаванием до изнеможения. Телесная терапия В.Райха также включает

специальное провоцирование человека на высвобождение агрессии в безопасной форме.

Следует отметить, что в США как в быту, так и в научной литературе (здесь практика опередила теорию) термин «агрессивность» уже давно употребляется не

только в негативном смысле, но часто подразумевает активное стремление к достижению успеха не только в бою или в спорте, но и в любой сфере

жизнедеятельности в рамках закона, этики и традиций. Некоторые психологи и практики считают полезным иногда получение заряда фрустрации,

провоцирующего агрессивную энергию на преодоление препятствия, достижение победы.

Это можно сравнить со спортом, когда поражение заставляет спортсмена более агрессивно и упорно тренироваться, чтобы победить в следующий раз. Хотя

даже в спорте, где соревновательность является необходимым условием, у некоторых спортсменов после неудачи опускаются руки. То есть конструктивная

или деструктивная направленность агрессии на фрустрацию зависит от типа личности, сформировавшихся у нее жизненных стандартов и от внешних

обстоятельств.

Спорт является хорошей моделью для изучения агрессивного поведения. Например, в хоккее можно видеть, что один спортсмен на грубость соперника

отвечает дракой, получает удаление и тем подводит свою команду, оставшуюся в меньшинстве (деструктивная агрессия). Другой, получив удар от соперника

(таким был в хоккее Валерий Харламов, а в футболе Эдуард Стрельцов), почти немедленно реализовывал мощный импульс фрустрационной агрессии в

забивание гола, чем наказывал не только обидчика, но и всю его команду вместе с болельщиками и одновременно приносил успех своей команде

(конструктивная агрессия).

Репрессия

Другой распространенный вариант нерационального (с точки зрения решения проблемы) выхода - репрессия (близки к этому понятия вытеснение и

подавление), которая выражается в подавлении своих желаний, вытеснении их в область подсознания.

При этом вытесненные желания не только не приводят к избавлению от фрустрирующей зависимости, а становятся еще более сильными, но уже

неосознаваемыми и труднее поддающимися анализу, контролю и коррекции.

Однако, будучи реалистами, мы должны понимать, что хотя репрессия (подавление) негативно сказывается на психическом состоянии индивидуума, но

сосуществование людей в любом социуме (от семьи до государства) невозможно без подавления (а значит, и вытеснения в подсознание) некоторых

инстинктов и потребностей. Ведь сама суть воспитания состоит не только в привитии определенных моделей поведения, но и в приучении к сдерживанию

определенных инстинктов и порывов (агрессивных, сексуальных и др.), по крайней мере в определенных местах, в определенное время или в определенной

форме.

Поэтому психотерапевту важно уметь отличить, какие подавления и вытеснения являются необходимыми и соответствуют общественным нормам, а какие

излишними, утрированными и воспринимаются обществом и (это очень важно) самим индивидуумом как признак несоответствия нормальному поведению,

нормальному психическому состоянию и образу мышления.

Эскапизм

Термином «эскапизм» (избегание) в современной психиатрии (и в первую очередь в ее психоаналитическом направлении) называется поведение,

направленное на уход от фрустрирующей ситуации, на ее игнорирование. Некоторые авторы не выделяют эскапизм в самостоятельную категорию, считая, что

он является одним из вариантов вытеснения.

Считается, что такой тип поведения экономит нервы, но, естественно, не помогает найти решение, обрести подлинную самостоятельность и свободу, а порой

создает и дополнительные трудности, так как проблема не только не решается, но усугубляется, решение ее затягивается и становится все более трудным, а

иногда и невозможным. Такой человек напоминает страуса, который, зарыв голову в песок, думает, что его не видно. Например, юноши, пережив неудачу в

сексуальных отношениях, иногда начинают избегать их, что приводит к развитию комплекса других эмоциональных проблем.

Эскапизм не следует путать с вполне рациональным уходом от занятия проблемами, которые не заслуживают трат сил и нервов, хотя эмоционально

притягивают нас к себе, и мы, будучи неспособными оторваться от них, находим оправдания, что этот вопрос или поведение другого человека нельзя

оставлять без внимания (см. рационализация). Здесь психотерапевту очень важно разобраться и помочь осмыслить своему клиенту, когда избегание

проблемы является нерациональным самообманом, неврозом, а когда, напротив, - наиболее рациональным поведением (однако в этом случае такое

поведение уже не будет называться эскапизмом в его общепринятом психоаналитическом смысле).

Регрессия

Особого внимания заслуживает такая модель ухода от фрустрирующей ситуации, как регрессия. По классической психоаналитической терминологии

регрессией называется переход под давлением фрустрации на упрощенную модель поведения.

Психоаналитики обычно под регрессией понимают использование примитивного поведения, характерного для более ранних стадий развития индивидуума.

Классическим примером этого фрейдисты считают то, что в стрессовой ситуации люди часто принимают так называемую утробную позу: подтянув колени к

подбородку и обняв их руками, тем самым как бы возвращаясь к той стадии развития, в которой чувствовали себя полностью защищенными и спокойными.

Такое поведение создает иллюзию снятия с себя ответственности за решение своих проблем благодаря привычной позиции маленького. Возможно, это и

помогает преодолеть стрессовую ситуацию, но саму проблему не решает. Однако мы считаем, что к поведенческим реакциям типа регрессии могут быть

отнесены (в тех случаях, когда они являются уходом от решения проблем!) пьянство, секс, тяга к более примитивным компаниям, зрелищам, развлечениям,

кругу чтения, фильмам и т.п., чем те, которые более соответствуют вашему интеллекту.

Здесь тоже надо различать регрессию как типично невротическую реакцию (боязнь обнажить проблему), регрессию как социально-интеллектуальную

деградацию (если круг интересов, общения, тем разговоров имеет устойчивую тенденцию к снижению интеллектуального уровня) и регрессию как прием

переключения (активного отдыха) с целью (часто неосознанной) лучше отвлечься, восстановиться для возвращения к штурму проблем, требующих высокого

напряжения интеллектуальных и морально-психологических ресурсов.

Однако, по нашему мнению, распространение чтения книг и просмотра фильмов примитивного агрессивного или сексуального характера и примитивного

отдыха является не столько признаком интеллектуальной деградации населения, сколько неосознанным (а иногда и сознательным) уходом от возрастающих

жизненных проблем, предъявляющих все больше требований к быстрой переработке многоплановой информации, постоянному принятию ответственных

решений и противостоянию постоянным стрессам.

Для некоторых эти требования оказываются непосильными, и они уходят в регресс окончательно. Другие, как мы уже говорили, используют его для краткого

активного отдыха и разрядки напряжения. Не зря И.П.Павлов писал, что всегда любил физический труд больше интеллектуального, так как в данном случае

даже очень интенсивный физический труд был для него не работой, а активным отдыхом, уходом, переключением от основных проблем. Учитывая

нарастающие интеллектуально-эмоциональные перегрузки большинства людей и стремление уйти от них хотя бы на время, психотерапевты должны обладать

значительным арсеналом рекомендаций наиболее эффективного ухода, не таящего в себе тенденции к устойчивой регрессии. Иначе казалось бы вполне

рациональное стремление к снятию напряжения может привести к потере способности мобилизоваться в нужный момент для решения реальных проблем.

Рационализация

Обычно рационализацию определяют как объяснение своего поведения не истинными, а оправдывающими его мотивами. Причем делается это не умышленно,

истинные мотивы действительно не сознаются. Неосознанной целью рационализации является снятие ответственности с себя и перенесение ее на

обстоятельства, других людей и т.д.

Понимая или ощущая подсознательно неправильность, неэффективность, неэтичность, странность своего поведения, многие не могут, а то и не стремятся

изменить его. И вот, чтобы примирить свой разум с этой нерациональностью своего поведения и неспособностью изменить его, они придумывают ему

приемлемое объяснение-оправдание.

Повторяю, если мы употребляем термин «рационализация» в его классическом психоаналитическом смысле, то речь идет не о сознательном обмане других, а

о неосознанном самообмане, необходимом для примирения разума с неразумным поведением. Так или иначе этим приемом примирения сознания с

подсознанием пользуемся мы все. Мы уже приводили классический пример семейного невротического (нерационального, но несмотря на это упорно

повторяющегося и оправдываемого нами) поведения, когда мы делам 1001-е замечание на одну и ту же тему одному и тому же человеку, заранее зная, что

если 1000 замечаний не помогли, то и 1001-е не поможет, а чаще вызовет обратный эффект. Значит, надо выбирать какую-то другую стратегию. Но в ответ на

подобный совет мы искренне возразим, что наше 1001-е замечание не проявление невроза, а совершенно правильное действие, цель которого - исправление

поведения ребенка, мужа, жены и т.п.

Но ведь мы же из предыдущего опыта знаем, что и на этот раз цель не только не будет достигнута, скорее всего ситуация лишь усугубится. Но все равно мы

будем повторять это нерациональное (с точки зрения достижения намеченной цели) действие, очень логично оправдывая его правильность.

Рационализация всегда ведет к сохранению прежнего положения, служит сокрытию от себя подлинных причин своих действий, а значит и делает

невозможным их исправление. Выход из этого замкнутого круга возможен лишь через осознание с помощью психотерапевта истинных мотивов своего

поведения.

Первоначальной задачей психотерапевта в работе с таким клиентом является умение отличить невротическую рационализацию, усугубляющую нерешаемые

личные и семейные проблемы, от некоторой доли рационализации, свойственной практически любому человеку и особенно конфликтующим супругам, детям и

родителям, ученикам и учителям, сотрудникам и др., когда каждый часто неосознанно видит ситуацию и свое поведение в более выгодном для

самооправдания свете.

Разумеется, здесь тоже не помешает разъяснительная работа, без которой невозможно решение конфликтов, однако надо заранее смириться с тем, что

определенная доля субъективизма в оценке своего поведения остается всегда. Поэтому психотерапевт должен определить, где рационализация наносит

явный вред и все более усугубляет ситуацию, а где она находится в пределах нормы.

Сублимация

Под этим термином в психотерапии подразумевается переключение мыслей и (или) деятельности человека с нерешаемой (реально или по его мнению)

проблемы на другую, более доступную, при решении которой он компенсирует предыдущую неудачу и частично снижает фрустрацию.

Чаще всего сублимация толкает человека идти по более легкому пути: получив поражение от более сильного противника, удовлетвориться победой над более

слабым; не достигнув успеха в трудном деле, достичь его в более легком (часто даже в ненужном). Но сублимация может играть и положительную роль.

Психоаналитики считают, что большинство выдающихся произведений искусства являются результатом сублимации энергии от фрустрации, связанной с

неудачами в личной жизни (чаще всего отвергнутой или потерянной любовью, неудовлетворенным половым инстинктом и т.п.).

Нередко в психоаналитической литературе приводятся примеры, когда сублимация фрустрационной энергии от неразделенной любви, отверженности в

какой-то сфере деятельности и даже физической неполноценности приводила к компенсаторной активности и выдающимся достижениям не только в

искусстве, но и в науке, в политике, в бизнесе. Поэтому в таких случаях можно говорить и о положительных последствиях сублимации.

Эти примеры и советы должен уметь использовать психотерапевт, поддерживая людей, потерпевших жизненные неудачи, и направляя их фрустрационную

энергию в конструктивное русло, иначе она будет направлена в деструкцию (разрушение или саморазрушение, хотя бы в смысле формирования чувства

ущербности).

Но все-таки в большинстве случаев сублимация выражается в пустой трате энергии, когда, потерпев неудачу в решении реальных проблем, клиент начинает

тратить свою активность на самоутверждение в решении надуманных, никому не нужных вопросов, в бесполезной деятельности, в болезненном уходе от

реальной жизни в фантазирование, без малейшей попытки воплощения этих фантазий и планов или при бесконечном откладывании этих попыток. Несколько

более активной формой такой сублимации является графомания в различных видах художественного и научного творчества.

Если это не связано с диагностированным психическим заболеванием (такими случаями занимаются не психотерапевты, а психиатры), то «терапия

творческим самовыражением», даже не находя общественного признания, может приносить определенное снижение фрустрации. Однако каждый случай

должен рассматриваться отдельно.

Проекция

Термин «проекция» происходит от английского слова projection и переводится на русский язык как выброс. Впервые применивший этот термин в психотерапии

З.Фрейд считал, что подсознание, прорываясь через контроль нашего сознания, выбрасывает истинную информацию, по которой мы можем судить об

определенных скрытых, но глобальных психологических особенностях и тенденциях личности.

Термин «проекция» стал особенно популярен в психологии, психотерапии и психиатрии после теоретического обоснования Р.Мюрреем в 1939 г. такого

исключительно распространенного в наше время направления психодиагностики, как проективные тесты, которые широко применяются для изучения сферы

бессознательного.

В рассматриваемой нами психотерапевтической практике проекция представляет собой перенос собственных неосознаваемых мотивов поведения на

объяснение поведения другого человека. Так, конфликтный человек подозревает всех во враждебном к нему отношении, нечестный в нечестности и т.п.

Естественно, что такая позиция мешает увидеть реальную проблему в себе и в других и соответственно вместо ее решения приводит к усугублению. В свою

очередь, психотерапевт, обнаружив в клиенте тенденцию к проекции, может лучше понять его, анализируя высказывания о других людях, в которых он будет

невольно фиксировать свое внимание на собственных психологических особенностях (в первую очередь - недостатках) и тенденциях.

Здесь, как и в предыдущих случаях, следует помнить, что некоторый уровень проектирования собственных качеств на других людей присутствует у многих

людей. Важно разобраться, где это создает и усугубляет серьезные внутренние и внешние проблемы.

Аутизм

Этот термин имеет несколько различное применение в психиатрии и психотерапии. Если в психиатрии он означает серьезное и почти неизлечимое психическое

заболевание, при котором больной настолько замыкается в себе, что практически не выходит на контакт и не подлежит никакой коррекции, то в психотерапии

аутизм - это лишь тенденция к такому «самозамыканию», снижение общительности до минимума, постоянное стремление к уходу от активной деятельности,

самоизоляции.

Если у психически больного «аутиста» эта самоизоляция - неосознанная, чаще всего врожденная, особенность, то клиент психотерапевта с тенденцией к

аутизму может осознать эту тенденцию, понять с помощью психотерапевта, что такая жизненная позиция не решает, а лишь усугубляет его проблемы, и

наметить пути выхода из этой самоизоляции. Обычно такой клиент не вообще не воспринимает окружающую действительность, а лишь уходит от контактов,

касающихся наболевшей проблемы, просто отказываясь видеть ее реально и предпринимать какие бы то ни было шаги к ее решению.

Однако следует помнить, что практически каждый из нас хотя бы в микровиде сталкивался с таким нежеланием видеть и решать реальные проблемы. Важно

разобраться, где вмешательство психотерапевта реально необходимо и обозначившаяся тенденция к уходу в себя может привести к необратимым

последствиям в плане усугубления проблем и перехода аутизма от тенденции до болезни.

Итак, перечисленные восемь способов поведения лишь основные из наиболее типичных приемов самообмана, когда клиент оправдывает свой уход от

решения реальных жизненных проблем. Это стремление можно охарактеризовать как желание «менять ситуацию, ничего не меняя».

Естественно, что такие подходы не ведут к решению проблемы и обретению субъектности (самостоятельной творческой активности), а, напротив, сохраняют и

усугубляют зависимость от проблем, порождающих фрустрацию и нерациональное поведение.

Все классические направления психотерапии и их методы, несмотря на их многообразие и различие, так или иначе направлены на освобождение клиента от

нерациональной (то есть лишь кажущейся непреодолимой) зависимости, которая и создает фрустрацию (напряжение, неудовлетворенность, нередко -

страдание) человека.

Психотерапевт помогает клиенту расширить сознание - как бы с высоты увидеть пути выхода из лабиринта, казавшегося непреодолимым тупиком, и

почувствовать в себе способность самостоятельного (хотя на первом этапе и с помощью психотерапевта) выхода из тупиковой ситуации пассивного

(одномерного) объекта к полноценной многогранной жизни активного субъекта.

Мы считаем, что такое умение нужно любому человеку, особенно тем, кто в своей профессиональной деятельности должен помогать людям адекватно вести

себя в различных жизненных ситуациях. Это мы и называем психолого-педагогической психотерапией.

В дальнейшем мы, знакомя вас с основами классических психотерапевтических направлений, будем рассматривать возможности подходов и приемов к

решению повседневных, бытовых и профессиональных проблем. Нам бы хотелось, чтобы у вас сформировался активный подход к поиску возможностей

творческого использования материала для оказания помощи не только другим, но и самим себе.

Фрейд считал, что чаще всего из перечисленных форм самозащиты сознания от неприятной правды встречаются рационализация, сублимация, проекция и

избегание, хотя в виде тенденций постоянно просматриваются и другие их комбинации.

Обходя вышеупомянутые защиты, вытесненные мотивы и желания (к которым Фрейд в первую очередь относит сексуальные) прорываются в сознание в виде

фантазий, сновидений, «случайных» оговорок, неожиданных для самого себя действий и т.п. То есть вытесненные, нежелательные для цензуры сознания

мотивы только кажутся отсутствующими, а на самом деле постоянно проявляются, оказывая воздействие на поведение, состояния, эмоции и мысли человека,

продолжают действовать и существенным образом влиять на поведение человека. Причем, выйдя из круга сознания, их действия становятся значительно

более трудно контролируемыми и тем более - управляемыми. Периодически подавляемые мотивы, прорываясь в сознание, вследствие их неприемлемости

цензурой (морально-этическими требованиями) сознания, вызывают то, что И.П.Павлов называл «сшибкой», столкновением без возможности примирения.

Какие же могут последовать выходы из этой «безвыходной» ситуации?

Когда сильный, но подавленный мотив прорывается в сознание, человек, не выдерживая этого, может впасть в истерический припадок или повести себя

каким-то другим невротическим образом.

Фрейд утверждает, что причины любого невроза кроются в вытесненных в область бессознательного воспоминаниях о той или иной травмирующей ситуации.

Чаще всего, по его мнению, это бывает связано с либидо, неудовлетворенным или неприемлемо (с морально-этической точки зрения) удовлетворенным

половым инстинктом (даже если это происходит в снах или фантазиях).

Многими последователями Фрейда подвергается критике преувеличенное, на их взгляд, внимание Фрейда к либидо как к основному источнику неврозов. Они

считают, что Фрейд придавал неоправданно большое (можно сказать, решающее) значение ранним детским сексуальным переживаниям.

Очень спорным, по мнению многих оппонентов Фрейда, является один из самых известных выявленных им комплексов - комплекс Эдипа, основу которого

составляет запретная любовь к собственной матери (у мальчиков) и ревность-ненависть к собственному отцу.

Как известно из мифологии, сын царя Эдипа убил своего отца и женился на своей матери. (Правда, в оправдание этого действия следует помнить, что он не

знал, что Эдип его отец, а его жена - мать.) Фрейд дополняет комплекс Эдипа комплексом Электры, тоже взятым из мифологии, и считает, что в девочках

заложена подсознательная запретная любовь к отцу и ревность к матери.

Конечно, когда речь идет о скрытом и бессознательном, спорить очень трудно. Однако в реальной жизни мы встречаем не меньше примеров, когда девочки

больше привязываются к матери и нередко, особенно в условиях российского бескультурья семейных отношений, твердо занимают позиции матери, не

стесняющейся при ребенке «поливать грязью» отца.

В достаточно гармоничных семьях, при взаимной любви и уважении родителей, дети с одинаковой любовью относятся к обоим, однако чаще в качестве

объекта для подражания дочка выбирает маму, а сын отца.

Конечно, встречаются и отмеченные Фрейдом комплексы, но на наш взгляд они чаще исключения, чем норма и больше зависят от отношений в семье, чем от

врожденных инстинктов.

Критические замечания не ставят под сомнение революцию, произведенную психоанализом в психологии и основавшим современную психиатрию,

показавшую, что, с одной стороны, не всегда все на самом деле так, как кажется, а с другой, любому, даже самому странному состоянию или поведению могут

быть найдены материальные причины, а значит и регуляторы.

Ясно, что поиск наиболее эффективных путей в океане бессознательного не может быть столбовой дорогой и требует рассмотрения самых различных гипотез

и предположений.

Главное, следует помнить, что Фрейд был в первую очередь практикующий психотерапевт, теории его появлялись не из отвлеченных фантазий. Ими он

пытался объяснить постепенно выступающие из тумана закономерности образования и лечения неврозов на основании добросовестного многолетнего

анализа огромнейшего количества людей, многие из которых именно благодаря Фрейду избавились от неврозов.

Думается, что объективней всех оценил Фрейда его выдающийся ученик Карл Густав Юнг, сказавший, что не надо путать гениально найденные Фрейдом

эффективные практические приемы лечения неврозов и его не всегда оправданное стремление распространить психоанализ как теорию (почти как религию)

для объяснения всех сфер жизни человечества.

Но вернемся к другим известным положениям классического психоанализа. По З.Фрейду, человек проходит в своем психосексуальном развитии различные

фазы, которые во многом определяют особенности характера и его будущие психологические проблемы, в том числе неврозы.

Эти фазы: оральная, когда ребенок, сося грудь матери, а затем соску, раздражает эрогенные зоны рта; анальная, когда он получает удовлетворение от акта

дефекации (он считал, что именно поэтому многие дети так любят сидеть на горшке и что их не надо осуждать за это); фаллическая и генитальная, связанные с

половыми органами.

Фрейд считал, что ребенок может «застрять» на одной из фаз своего развития, «не дополучив необходимого удовлетворения» (ранний отрыв от груди или

соски, осуждение удовольствия от сидения на горшке и т.п.), и эти «недополучения» сохранятся в его бессознательной сфере, будут мешать полноценному

психическому развитию и наложат свой отпечаток на характер и на всю взрослую жизнь - от незначительных неврозов до самых серьезных психических

отклонений.

Исходя из психоаналитической теории Фрейда, неврозы возникают оттого, что энергия полового инстинкта (libido) «прицепилась» (чаще всего неосознаваемо)

к какой-то личности или другому объекту - конкретному предмету, или идее, или вещи (сравните с моделью фрустрации, приведенной выше). Психоанализ

помогает освободить нерационально направленную и «зациклившуюся» энергию, которая может быть использована на достижение рациональной цели или по

крайней мере не действовать разрушительно, усугубляя невроз и усиливая фрустрацию.

Первая практическая задача психоанализа - помочь клиенту осознать истинные мотивы вытесненных в бессознательную сферу невротических

(нерациональных и травмирующих психику) поведенческих реакций, эмоций и мыслей. Нередко, когда после непростой и кропотливой работы такое осознание

оказывается достигнутым, это уже в значительной мере избавляет от невроза и фрустрации или по крайней мере направляет на этот путь. То есть первый

этап психоаналитической терапии заключается в том, чтобы научить клиента воспринимать себя, свое поведение и его мотивы реально, такими, какие они

есть на самом деле.

Для этого сначала применяется психоаналитическая беседа и анализ поведения клиента, позволяющие психотерапевту тщательно изучить и как можно точнее

сформулировать, какие именно причины или мотивы невроза упорно прячутся от сознания клиента, игнорируются им или отрицаются (иногда в весьма

агрессивной форме).

Одним из наиболее известных методов Фрейда при проведении психоаналитической беседы является метод свободных ассоциаций.

Сущность метода свободных ассоциаций состоит в том, что клиент, удобно расположившись и расслабившись (в классическом психоанализе - лежа на

кушетке), пускает свое сознание на самотек и начинает произносить любые приходящие в голову слова, не пытаясь намеренно связать их в какой-то

логической последовательности. Психотерапевт анализирует весь этот хаотичный словесный материал, обращая внимание на периодически повторяющиеся

слова, словосочетания, типичные предложения и речевые конструкции. С момента внедрения магнитофонов такой анализ проводится с помощью

неоднократного прослушивания магнитофонных записей. Сейчас есть опыт применения компьютерного анализа словесного материала, хотя большинство

ортодоксальных последователей Фрейда стараются сохранить всю процедуру в полном соответствии со скрупулезными требованиями своего знаменитого

учителя, который невероятно болезненно относился к любой попытке модифицировать как сам классический психоанализ, так и его отдельные технические

процедуры. За малейшее отступление от канонов самые преданные ученики изгонялись им из своего круга окончательно и бесповоротно.

Но мы все-таки возьмем грех на душу и посмотрим, что из метода свободных ассоциаций или хотя бы его основной идеи может быть учтено и использовано

нами.

В методе свободных ассоциаций безусловно есть логика. Ведь даже ведя связный рассказ о каком-то событии, мы периодически почему-то без видимой

необходимости чаще употребляем одни слова и обороты, чем другие. Причем выбор этот случаен лишь на первый взгляд, а на самом деле весьма

индивидуален и в какой-то мере отражает не только типические особенности вашей личности, но и особенности вашего совершенно конкретного состояния, на

которое повлияли определенные обстоятельства или люди.

Другое дело, что сделать правильный вывод о вас и вашем состоянии не так просто, потому что многое неизвестно или неправильно понято.

И хотя до уровня толкования, доступного опытному профессиональному аналитику, нам не дойти (без специальной кропотливой и длительной подготовки и

практики), все же определенные закономерности и выводы станут доступнее после знакомства с основами классического психоанализа и в частности метода

свободных ассоциаций.

Учитесь не просто слушать человека, в проблемах которого хотите разобраться, но и анализировать типичные для него вообще (или в определенных

состояниях) наиболее часто повторяющиеся слова, выражения и речевые обороты, даже когда он говорит на темы, не касающиеся напрямую волнующей вас

проблемы. Постарайтесь по горячим следам припомнить этот разговор, сделать определенные записи, выдвинуть предположения, нуждающиеся в

дальнейшей перепроверке, и вы увидите, как много новой информации к размышлению получите.

Тренируя и совершенствуя такую «разговорную наблюдательность» постоянно, вы сможете значительно лучше понимать людей и истинные причины их

переживаний и поступков, которые они либо не хотят раскрывать, либо действительно не видят и потому не могут на них повлиять.

Это можно назвать бытовым психоанализом.

Далее, попытайтесь вовлечь данного человека в игру «свободные ассоциации», в которой он, не боясь показаться смешным или психически странным,

попробует свободно пустить поток сознания, говоря все, что приходит в голову, и не заботясь о логической связи слов и выражений, - игра есть игра.

Запишите этот словесный поток на магнитофон, а потом попытайтесь выявить наиболее часто повторяющиеся слова и выражения.

Не спешите с выводами, а лишь осторожно начните проверять некоторые гипотезы и предположения.

В дальнейшем, как и делали некоторые последователи Фрейда, можно попробовать направлять этот свободный поток сознания в интересующую вас сторону.

Однако делать это надо крайне ненавязчиво и стараясь «не наступить на мозоль». Как только со стороны клиента будет возникать сопротивление и

отрицательное эмоциональное реагирование, следует тут же отпустить поток на свободу, а может быть и умышленно на время отдалить его от неприятного

объекта. Хотя обнаружение такого объекта или даже только направления, вызвавшего отрицательную реакцию, - тоже информация к размышлению.

Немало интересных размышлений о себе самом можно получить, проанализировав свой собственный свободный поток сознания, записанный на магнитофон.

Одна из наиболее известных представительниц «постфрейдизма» Карен Хорни использовала аналогичные приемы в разработанной ею системе

«Самоанализа», хотя, справедливости ради, следует отметить, что Фрейд категорически отрицал эффективность применения психоанализа на самом себе.

Ох и попало бы нам от Фрейда за такие вольности с психоанализом! - но что делать, не только мы, но и многие даже известные постфрейдисты

экспериментируют в этом направлении, тем более что и сам классический анализ весьма уязвим для критики, хотя пробуждает много интересных идей. И

направлен он был в первую очередь на психологическую и психотерапевтическую помощь людям, неспособным самостоятельно или уже известными

способами избавиться от мучающих их психологических проблем и упорно повторяющихся ошибок своего и чужого поведения. Еще раз подчеркнем: главная,

важная не только для профессионалов психоанализа, заслуга Фрейда состоит в том, что он убедительно доказал: не все так очевидно, как нам кажется, и

потому многие наши и чужие психологические проблемы, на первый взгляд легко объяснимые и разрешимые, продолжают мучить нас и наших близких и

требуют не лобовых, а творческих, косвенных путей их выявления и преодоления. Поняв это, мы не будем так категоричны и жестоки к другим, да и к самим

себе.

Мы не должны смиряться, но должны понять, что за неправильным поведением, мешающим нам и другим, далеко не всегда лежит упорное нежелание и

невозможность исправиться. Нужно набраться терпения и готовности искать, проверять, отвергать и снова искать пути и средства помощи себе и ближнему.

В какой-то мере по аналогии с методом свободных ассоциаций может быть рассмотрен и другой, не менее знаменитый, метод Фрейда - толкование

сновидений. Хотя, разумеется, этот метод имеет свои индивидуальные, присущие только ему, приемы и особенности. Вся аналогия с методом свободных

ассоциаций заключается в возможности получения и толкования косвенной информации, не осознаваемой (или не вполне осознаваемой) клиентом.

Здесь необходимо объяснить некоторое бытующее заблуждение, смешивающее в какой-то мере толкование сновидений по Фрейду с толкованиями

сновидений гадалками.

Это принципиально разные подходы.

Повторяю, Фрейд был материалистом, отстаивал так называемый психический детерминизм, то есть материальные, хотя не всегда очевидные причины

любых, даже самых странных реакций психики и поведения. Фрейд был категорическим противником всяческой мистики и оккультизма, считая, что они не

имеют ничего общего с наукой. Поэтому и сновидения он толковал не на предмет предсказания будущего, а для объяснения истинных причин невроза

прошлыми событиями, которые, будучи вытесненными из сознания, проникают в него частично в скрытой и искаженной форме в виде сновидений.

Он даже составил список символов различных сновидений и их возможное толкование. По виду это несколько напоминает сонник. Но идея, как мы уже

говорили, совсем другая - не предсказывать будущее, а искать в прошлом и настоящем причины психотравмирующих проблем и неврозов.

Подробно с этим фрейдовским «сонником» можно ознакомиться в его известной работе «Толкование сновидений», в которой, кстати, по мнению многих

специалистов, наиболее четко и доступно изложены основные идеи всего классического психоанализа.

Рекомендую вам прочесть эту вполне доступную и небольшую по объему работу. Вы увидите, что многие толкования «сонника» выглядят не менее спорными и

не более научными, чем обычные народные сонники, которые Фрейд, разумеется, всерьез не воспринимал.

Но Фрейда критиковать очень трудно, потому что он был великий практик, и большинство своих открытий, в том числе толкований тех или иных символов в

сновидениях, он выводил, тщательно анализируя и фильтруя колоссальный практический материал терапевтической практики, приносившей удивительные

результаты. Поэтому он и не спорил с оппонентами, а просто говорил им: «Накопите тысячи примеров успешного лечения неврозов, как это сделал я, тогда и

поспорим, чья система лучше».

Анализируя свои и чужие сновидения, попытайтесь подумать о тех причинах и событиях прошлого и настоящего, которые в скрытой форме затаились в

области бессознательного и подталкивают человека к нерациональным, очевидно ошибочным, но упорно повторяющимся моделям поведения.

Помните, что первый шаг к избавлению от невроза - это осознание его реальных, а не придуманных нами причин. Подтверждением того, что вы правильно

толкуете тот или иной символ сновидения, является, по мнению Фрейда, согласие клиента, что такое или аналогичное событие действительно имело место.

Однако для того чтобы начать собственные попытки толкования символа, надо обязательно хорошенько ознакомиться с «сонником» Фрейда, да и вообще с

его небольшой по объему, но очень информативной для знакомства с основными идеями психоанализа работой «Толкование сновидений».

Следующий ключевой феномен классического психоанализа, выделенный З.Фрейдом, широко известен как трансфер, т.е. перенос. Под этим явлением

подразумевается перенос своего отношения или определенного комплекса по отношению к родителям или одному из них, а также модели их отношений друг с

другом на психотерапевта или того, кто в данном случае помогает выявить и решить психологические проблемы клиента (на научном или бытовом уровне). То

есть этот трансфер (перенос) может быть распространен и на школьного психолога, и на педагога, и на любого человека, взявшего на себя сознательно (или

по восприятию клиента) эту роль. Это отношение клиента нужно, с одной стороны, учитывать, с другой стороны - можно и нужно использовать.

В повседневной жизни явления трансфера встречаются постоянно - муж ищет в жене качества своей матери, жена в муже качества своего отца, кто-то

переносит на реального человека качества выдуманного (или «напяленного» на этого человека) идеала, а потом обижается на то, что реальный человек не

соответствует «напяленному» на него идеалу.

Часто такая принудительная идеализация даже льстит самолюбию невесты или жениха, но через некоторое время, поняв, что они не соответствуют этим

идеалам, начинают переживать и страдать и они сами, и любящие их фантазеры.

Это один из вариантов переноса, который не часто упоминается в классическом психоанализе, но постоянно существует и приносит многочисленные

неудобства и страдания в реальной жизни.

Практический вывод: помочь человеку увидеть другого, значимого для него и даже любимого, человека как можно более реально во избежание будущих

разочарований.

Что касается наиболее часто употребляемого в классическом анализе понятия трансфера (переноса), то здесь, как правило, имеется в виду перенос именно

на психотерапевта определенных качеств реального или идеального (желаемого) образа родителя. Фрейд считал, что анализ такого трансфера помогает

лучше понять реальные или желаемые, но «недополученные» отношения родителей или к родителям.

Исходя из этого, возможно проанализировать, не кроются ли именно в этих отношениях (реальных, надуманных или желаемых) истинные причины сегодняшних

переживаний и неврозов клиента.

Иногда анализ детских отношений дает ключ к пониманию проблем взрослых людей, хотя здесь предполагается достаточно высокое искусство

психоаналитика, и потому скороспелые и тем более категорические выводы непрофессионалов противопоказаны.

Разумеется, эти первые предположения причин психологического дискомфорта клиента должны быть тактично и тщательно проверены, так как никогда

нельзя абсолютизировать какие-то одни факторы психологического влияния, а надо рассматривать все их в органическом взаимодействии.

Очень важно учитывать постоянные напоминания Фрейда, что психоанализ не универсален и не панацея от всех психологических проблем и расстройств. Он

утверждал, что главные сферы эффективной психоаналитической психотерапии - это различные неврозы, большинство типов истерии, различные фобии

(навязчивые и реально не обоснованные страхи), а также следующие из этих психических состояний нерациональные и нежелательные поведенческие

реакции.

Психоанализ очень тонкая вещь и требует исключительной осторожности, тактичности, неспешности в выводах (особенно задевающих самолюбие клиента) и

категорических заключениях и рекомендациях.

Серьезное психоаналитическое лечение невроза - длительный процесс рабочего альянса аналитика и клиента. Фрейд предупреждал, что этот процесс может

длиться от трех до пяти лет, и безжалостно разоблачал как шарлатанов «торговцев надеждами», к которым он относил тех, кто обещал быстрый успех от

психоанализа.

Требования к личности психоаналитика наиболее четко сформулированы Гринсоном (5 правил Гринсона, 1986):

1) всякое высказывание клиента заслуживает внимания психоаналитика;

2) нельзя причинять клиенту боль больше той, которая необходима;

3) аналитик должен быть для клиента гидом на всем пути нового для него психоаналитического курса;

4) аналитик обязан заботиться о сохранении у клиента самоуважения и чувства собственного достоинства;

5) поведение и высказывания психоаналитика должны быть ориентированы на единственную цель - помощь клиенту.

Аналитик должен быть заранее настроен, что его работа не всегда будет радостно и благодарно восприниматься клиентом. Ведь он обнажает его истинное, во

многом неприглядное Я, истинные причины его психологических проблем, которые в большинстве случаев клиент заменял более приемлемым для его

самолюбия объяснением.

При всей сложности классического психоанализа понимание его основных идей и подходов, признание важной роли бессознательной сферы в формировании

и регуляции наших психических состояний и поведенческих реакций необходимы для правильной оценки не только своего, но и чужого поведения.

Источник: Романин А.Н. Основы психотерапии




Также читайте:

 
Поиск по сайту

Популярные темы

Новые тесты

Это интересно
2010-2017 Psyhodic.ru
Все замечания, пожелания и предложения присылайте на admin@psyhodic.ru