Понимание и переживание террористической угрозы. Проблема




В современном мире терроризм приобрел такие масштабы, что представляет собой угрозу существованию всего человечества. По определению Министерства обороны США, терроризм — это «преднамеренное использование насилия или угрозы насилия для того, чтобы внушить страх, предназначенный для запугивания (принуждения) правительства или общества, достижения целей, которые, как правило, являются политическими, религиозными или идеологическими» (Todd, Wilson, Casey, 2005, p. 184). Неудивительно, что сегодня психология терроризма — одна из наиболее научно и практически значимых областей психологической науки. Она включает в себя исследования психологии террористов, изучение посттравматических стрессовых расстройств у прямых и косвенных жертв терактов, анализ роли СМИ в формировании образа врага по отношению к членам террористических организаций, рассмотрение терроризма как способа общения (в виде психологического насилия), направленного на запугивание, т.е. актуализацию страха у населения и власти.
В этой статье мы рассмотрим только один аспект многогранной и сложной проблемы терроризма: как понимают и переживают террористическую угрозу (ТУ) люди в небольших городах центральной России, в которых не было терактов. Под пониманием и переживанием ТУ мы вслед за Ю.В. Быховец и Н.В. Тарабриной будем иметь в виду субъективную оценку риска стать жертвой теракта. Психологическая структура понимания и переживания ТУ состоит из трех компонентов — когнитивного, эмоционального и поведенческого. Когнитивный — это антиципация и репрезентация осознаваемого уровня реальности угрозы, ее вероятности и возможных последствий. Эмоциональный компонент может быть как осознанным, так и не осознаваемым; он проявляется в возникновении психологического состояния, заключающегося в ощущении утраты контроля над обстоятельствами, значимыми для жизни субъекта. Поведенческий компонент проявляется, например, в увеличении потребления наркотических средств, алкоголя и сигарет после терактов (Быховец, Тарабрина, 2010).
Исследование понимания и переживания ТУ ставит перед психологами две взаимосвязанные проблемы: 1) как люди преодолевают страх смерти, неизбежно возникающий при упоминании о терактах (в СМИ или даже в условиях психологического эксперимента) и 2) в каких смысловых единицах они структурируют свое понимание мира, изменяющееся в результате терактов.

Первая проблема изучается преимущественно в рамках теории управления страхом смерти. Эта теория стала особенно актуальной после 11 сентября 2001 г. (Landau et al., 2004). Понимание неизбежности собственной смерти — одна из главных экзистенциальных проблем человеческого бытия. Можно рационально осознавать, что мир опасен и несправедлив, но на более глубоком подсознательном уровне чувствовать, что ты в безопасности, способен избежать неудачи. В данной теории утверждается, что подчинение культурным стандартам и ценностям предохраняет субъекта от чувства тревоги, возникающего вследствие понимания собственной уязвимости и смертности. Принятие общечеловеческих ценностей позволяет ему почувствовать себя необходимым, включенным в сообщество людей, соблюдающих примерно одинаковые социальные и моральные нормы. После резких катастрофических изменений люди ищут ответ на вопрос: может быть, то, что с нами произошло, — следствие несоблюдения или искажения моральных норм (распространенности однополых браков, проституции, абортов и т.п.)? Неудивительно, что после сентября 2001 г. некоторые ученые стали называть США «морализирующей нацией» (Janoff-Bulman, Sheikh, 2006).


Вторая проблема заключается в том, что понимание как ценностно- смысловое структурирование мира не может анализироваться без обращения к специфике ментального (Холодная, 2002) и экзистенциального опыта понимающего субъекта. Поскольку понимание ТУ рядовыми гражданами основывается не на достоверных знаниях (которыми могут располагать только сотрудники спецслужб, да и то в редких случаях), то можно предположить, что ментальный, умственный опыт субъекта задействован при этом в минимальной степени. Основную роль в понимании ТУ играет экзистенциальный опыт, состоящий, по крайней мере, из трех компонентов — тезаурусного, интенционального и этического. Первый компонент образуют неявные знания, включающие мнения, убеждения, отношения; второй — интенциональные структуры, определяющие направленность и избирательность индивидуальной психической активности; в третий компонент входят такие представления о морально должном, которые принципиально не поддаются полному осознанию. Следовательно, названные компоненты опыта характеризуются недостаточной доказательностью, осознанностью и вербализованностью (Знаков, 2009). Именно такой опыт становится семантическим основанием, внутренними неосознаваемыми условиями понимания субъектом ТУ. В частности, в работе Дж. Парк с соавторами показано, что у белых американцев только использование теста скрытых ассоциаций (и непосредственно после предъявления информации о терроризме) позволяет выявить неосознаваемые негативные установки по отношению к арабам-мусульманам. До этого, соблюдая политкорректность и социальную желательность, испытуемые не осознавали, что связывали с терактами именно мусульман (Park et al., 2007). Установки являются частью экзистенциального опыта субъекта, того ценностно-смыслового основания неявного знания о мире, на котором строится трудно описываемое словами иррациональное чувство, что ты можешь стать жертвой теракта.


Цель проведенного нами эмпирического исследования состояла в выявлении психологической специфики понимания и переживания ТУ испытуемыми, различающимися по полу, возрасту и личностным свойствам.


Выборка. В исследовании приняли участие 698 испытуемых (353 женщины и 345 мужчин) из Саранска и Смоленска — городов, в которых не было терактов. Испытуемые — студенты, работники сферы обслуживания, инженеры, сотрудники ГУИН в возрасте от 17 до 57 лет (средний возраст М=24.3 года, стандартное отклонение SD=7.87). В обоих городах женщины и мужчины были представлены равномерно (количественные различия статистически не значимы): Саранск — соответственно 210 и 190, Смоленск — 143 и 155.


Авторы благодарят О.О. Полякову, Н.С. Полутину и С.И. Соболева, участвовавших в проведении исследования.


ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 14. ПСИХОЛОГИЯ. 2010. № 1

В. В. Знаков, Е. М. Турок

Понимание и переживание террористической угрозы



Также читайте:

 
Поиск по сайту

Популярные темы

Новые тесты

Это интересно
2010-2017 Psyhodic.ru
Все замечания, пожелания и предложения присылайте на admin@psyhodic.ru